ГАЗЕТА В СОЛДАТСКОЙ ШИНЕЛИ 

            Редактор фронтовой газеты Иосиф Шульман 

      В моих руках пожелтевшая от времени фронтовая газета «Сталинский воин».
    Во время ожесточенных боев в Сталинграде, фронтовых военкоров собрали на совещание, которое состоялось в подвале  разрушенного дома. Нашел время встретиться с  военкорами  и легендарный командарм Чуйков. Он  привел в пример эту газету и, подарив по экземпляру каждому из  присутствующих, сказал:
    - Газета в солдатской шинели – эликсир бодрости и силы армии.
    И тут же Чуйков обратился к командарму
57-й армии Толбухину с просьбой перевести к нему редактора газеты Иосифа Шульмана.
 
На снимке редактор фронтовой газеты Иосиф Шульман на берегу Волги после окончания Сталинградской битвы.
 
 
 
Журналисты на войне – профессия не боевая, но они наравне с солдатами были на передовой, переносили все  трудности фронтовой жизни. Вспоминаются  симоновские
строки, ставшие песней:
           От Москвы до Бреста,
           Нет такого места,
           Где бы ни бывали  мы с тобой,
           С ручкой и блокнотом,
           А то и с пулеметом …
– эти слова из песни о работе фронтовых журналистов вспоминали ветераны.  В Великую Отечественную военные корреспонденты всегда находились на передовой. Фронтовые газеты   поднимали моральный дух  красноармейцев.,
        В Большой Советской Энциклопедии наряду с именами всемирно известных журналистов упоминается и редактор армейской фронтовой газеты Иосиф Михайлович Шульман.
    Старожилы города на Неве помнят волнующие очерки, репортажи, интервью главного редактора политического вещания ленинградского радио И.М. Шульмана.
   Уже на второй день после начала войны он явился в военкомат с настоятельной просьбой послать его на фронт.
   - Мое место на линии огня, - убеждал он военкома
     Иосиф  Шульман возможно и не был сионистом, но своего еврейства  не скрывал. Даже хитромудрые гэбисты не обратили  внимания, что своим псевдонимом Шульман избрал «Михаил Маккавеев».
    Вот  как описал М.Маккавеев в своем очерке поединок бойца Давида Каца с фашистским танком:
    « Несколько десятков немецких танков, огибая зеленый островок молодого дубняка, стремились зайти в тыл нашей пехоте. Давид выложил на бункер две бутылки  горючей смеси и связки противотанковых гранат.   Рокот моторов сливался  с  воем и разрывом снарядов. До передней машины оставалось не более  двухсот метров.
    Неожиданно в голове Давида промелькнули последние строчки отцовского письма: «Поступай в бою,  как  велит твоя совесть». Его, словно,  кто-то подтолкнул. Одним прыжком он выскочил из окопа. Держа в  одной руке  «коктейль Молотова»,  а  в другой  связку гранат,  Кац  пополз  навстречу танкам.    Когда головная машина была на расстоянии 20-25 метров, он поднялся во весь  рост и  метнул под его гусеницы гранаты. Взрыв. Танк споткнулся, сделал полуоборот влево,  остановился. Не сходя с места, Давид метнул в танк бутылку с горючей  смесью. Вражеская машина загорелась. Выбравшись из горящего танка через нижний люк, один из немцев пытался открыть по смельчаку огонь, но Давид опередил его».
 
      В последующих номерах газеты «Сталинский воин» наряду с описанием героизма воинов разных национальностей рассказывалось  и о бесстрашных воинах Давиде  Буртмане,   Хаиме Корсунском,  Григорие Шустере.
    Из политуправления армии  намекали редактору, что уж больно часто в газете упоминаются еврейские имена. Видимо кое-кому в верхах хотелось, чтобы еврея
изображали с кривым ружьем в Ташкенте. Но Шульмана нельзя было обвинить в главном – герои публикуемых материалов  и их подвиги не выдуманы.  И сама редакция не окопалась в тылу, а находилась в боевых порядках.
     Типография разместилась в подвале разрушенного здания. Печатную машину «американку» крутили вручную  поочередно все сотрудники редакции и сам редактор.
     14 августа 1942 года район, где находилась редакция, был окружен внезапно высадившимся немецким десантом. Первыми приняли бой автоматчики стрелковой роты старшего лейтенанта Пойды и расчет противотанкового орудия. Бойцов явно не хватало для организации круговой обороны. И тут неожиданно появились с автоматами  в руках  военные журналисты во главе с  майором Иосифом Шульманом. Вражеский десант был уничтожен.
     Через два дня в газете появилась статья «Как мы прорвали кольцо врага». Однако из скромности автор статьи   не упомянул об участии в отражении немецких атак сотрудников редакции. Но командарм знал о подробности сражения и наградил всех журналистов боевыми медалями, а редактора -  орденом Красной Звезды.
        Призывая  защитников Сталинграда к  наступлению, Иосиф Шульман  опубликовал стихотворение «За Сталинград!», в котором были такие строки:
 
              Ведь недаром сердца наши гневом полны.
             И мы верим: враги под ударом падут.
             Мы взойдем, опаленные зноем войны,
             На увенчанный славою волжский редут!
 
    Под стихотворением подпись – Михаил Маккавеев.
        После войны Иосиф  вернулся в родной Ленинград. Он стал заместителем редактора журнала «Строительство и архитектура». Ему бы впору быть главным  редактором, но «шульманов» допускали только до отметки «зам».
      Перу Иосифа принадлежат несколько книг об архитектуре Ленинграда, которые вызвали большой интерес в стране  и за рубежом.
    Когда Шульман  с женой, детьми и внуками выехал в Израиль, он,  несмотря на свои восемьдесят лет, активно, с присущей ему кипящей энергией включился в общественную жизнь города Димоны, стал инициатором издания книги «Память войны» на русском и иврите.
     В ней воспоминания танкиста Иосифа Шамаева, артиллеристов  Исаака Гальперина и Михаила Замарина, военного моряка Александра Вайсбейна, защитника Ленинграда Александра Шафрана, партизана Моше Телесника, отважных фронтовиков Наума Бернштейна,  Ильи Находкина, Ефима Ткача и других.
    С особой тщательностью собирал И.М. Шульман треугольники солдатских писем Моше Изаулова, Исаака Бадхона, Якова Грико, Менделя Шумахера 
   Жаль только, что самому летописцу не удалось дожить до презентации этой волнующей книги.