СЫН ПОЛКА 

                   Юный разведчик Александр Шнайдер 

    Когда Александр Шнайдер обратился в Тель-Авиве к служащей по вопросам оформления пенсии инвалидам  Второй Мировой войны, та, держа в руке его анкету,
удивленно спросила:
    - 1932-й год рождения? Вы не ошиблись адресом?
    - Никак нет! –  почти по-солдатски с улыбкой ответил Александр.
       Шурику Шнайдеру было всего девять, когда началась война. Его отец – кадровый командир Красной Армии  на рассвете 22  июня уже  участвовал в боях на окраинах Ковеля, у самой государственной границы, отражая бешеные атаки гитлеровцев.
    А Шурик с мамой  под обстрелом пытались  бежать из  пылающего Ковеля, куда вот-вот ворвутся фашисты.
     На улицах то тут, то там видны были десятки трупов детей, женщин, стариков. Оставшиеся в живых бежали, куда глаза глядят, подальше от смерти.
   Очередной снаряд разорвался почти рядом. Шурик, оглушенный взрывом, вдруг обнаружил, что мамы   рядом нет.. Мальчик со слезами на глазах метался от одной группы людей к другой, но мамы нигде не было.
    А тут еще поднялась паника:
    - Немцы! Немцы!
  И действительно, в соседнем квартале разгорелся   бой пограничников с группой немецких мотоциклистов. Воины 36-го разведбата сумели отразить новую атаку немцев и до вечера удерживали свои позиции.
   Когда бой  приутих, бойцы обратили внимание на шустрого мальчишку с большими покрасневшими от слез глазами.
   Узнав, что он потерял мать, а отец  мальчика   командир- пограничник,  разведчики  пообещали  Шурику, что возьмут его с собой.
   Так совсем неожиданно Шурик стал своим в батальоне.
         Бойцы  полюбили  мальчишку, даже солдатскую одежду подогнали по его росту. Все тяготы фронтовой жизни, выпавшие на долю батальона, легли также и на худенькие плечи Шурика.
    Часть с боями отходила к Минску и Брянску. 183-я  мотострелковая дивизия, в состав которой входил разведбат, прошла славный боевой путь. Она участвовала в  знаменитом сражении на Орловско-Курской дуге, освобождала Киев, Одессу, Молдавию, Румынию, Венгрию. 
 А мальчишка пригодился разведчикам, да еще как! Часто он появлялся в тылу у немцев в потрепанной одежонке, грязный и жалкий. Никто  и подумать не мог, что замурзанный малыш выполняет серьезное задание, выявляя огневые точки противника, расположение и численность вражеских войск.
     Шурик научился метко стрелять, водить мотоцикл, автомашину.
     Однажды это здорово пригодилось.
   Вблизи румынского города Яссы командирский «виллис», в котором находился комбат и еще три бойца, в ключая  Шурика,  внезапно обстреляли из засады. Водителя и ординарца убило, комбат был тяжело ранен.      Шурик уцелел. Он моментально сообразил, как ему поступить. С трудом, оттащив от баранки труп шофера, мальчик сел за руль и под огнем приближающихся к машине гитлеровцев, вырвался к своим.
    За этот бой юного разведчика наградили медалью  «За отвагу»., а потом и орденом.   Под Будапештом  зимой сорок четвертого во время выполнения боевого задания двенадцатилетнего Шурика Шнайдера ранило осколком  снаряда в стопу ноги. Самим взрывом его контузило. Пока пришел в себя и дотащился к линии обороны, обморозил пальцы ног.
    В госпитале решили ампутировать пальцы, но вошедший в операционную полковник медслужбы Бронштейн, пожалел паренька и взял на себя ответственность за ход операции.
    Опытный хирург сделал почти невозможное и сохранил Шурику пальцы.
   В группе выздоравливающих его и еще несколько солдат перевезли в Каменец-Подольск. В этом украинском городе  жила когда-то семья  Шнайдеров.    
   Шурика потянуло на городской рынок, где сердобольные торговки угощали  раненых ребят овощами и фруктами.
   Прогуливаясь по рынку в госпитальном халате, Шурик вдруг очутился в горячих объятиях женщины, которая, захлебываясь от счастья кричала:
   - Майн зиндэлэ! Мой сынок!
   Да, это была родная мама, живая и невредимая. От нее Шурик узнал, что отец погиб в первые дни войны..
   ...Возле здания  Гистадрута в израильском городе Петах-Тиква 9 мая остановилась легковая машина. Из-за руля, захлопнув дверцу машины, вышел седой мужчина. Прихрамывая, опираясь на палку, он вошел в здание и направился в клуб.
     В этот вечер он пел со сцены незабываемые фронтовые песни «Темная ночь», «Землянка». На груди солиста сверкали орден «Отечественная война» первой степени
и боевые медали. В нем я узнал Александра Шнайдера – сына полка, инвалида Второй Мировой.